Фором Дистрибюсьон представляет
Абилен представляет
Дени Лаван, Мирей Перье
Парень встречает девушку
Кароль Брукс, Маите Наир, Эли Пуакар, Кристиан Клоарек
Оператор: Жан-Ив Эскофье
Исполнительный продюсер: Ален Даан
Фильм Лео Каракса
Мы все еще одиноки.
Все это так медлительно,
так тяжело,
так печально.
Скоро я состарюсь,
и все, наконец, будет кончено.
Я пришла сказать, что ухожу.
И твои слезы ничего не изменят...
Ты вспоминаешь счастливые дни,
И плачешь...
Куда мы едем? Куда?
Алло,
Анри?
Ты сказал мне убираться?
Что ж, я это сделала!
Со мной Малышка.
Мы едем в горы, я забрала рацию.
Не надо это говорить.
Нет. Не говори.
Тихо.
Мама! Не говори!
Алло, Анри?
Это Маите.
Ты сказал мне убираться. Ну, что ж, я убралась.
Со мной малышка и рация.
Мы едем в горы.
И знаешь что?
Со мной все твои стихи
и твои долбанные картины,
и знаешь, что я с ними сделаю?
Выкину в чертову реку, Анри.
В реку!
Алло? Алло, Анри?
Слышишь меня? Слушай!
О, Малышка, смотри, какие огонечки...
Да.
А куда ты идешь?
Какое сегодня число?
24 мая.
Сейчас 10 часов 20 минут.
Тома!
Привет.
Ну и жара.
- Хорошо здесь. - Да.
- Между рекой и дорогой. - Правда.
Она отличная девчонка.
Да.
Ты, конечно, знаешь, как все случилось.
Типичная история.
Знаешь, она родилась глухой на одно ухо.
На левое.
Она спала на своем здоровом ухе.
Я ей сказал: ты меня обманываешь.
Она открыла глаза и в ужасе спросила, откуда мне известно.
Откуда мне известно.
Так и не поняв, что я шутил.
Вот так я узнал.
В любом случае, я бы узнал.
Флоранс не умеет долго обманывать.
Понимаешь, было очевидно, что у тебя кто-то есть.
Я быстро догадался.
Меня даже как-то успокоило, что я его знаю.
Даже если им оказался мой лучший друг.
Мой единственный друг.
Теперь, как ты знаешь, она ушла,
черт,
не думал, что так все кончится.
Это на меня не похоже.
Так не пойдет.
Флоранс,
ее любимые цвета.
Она все забрала, ничего не оставила, дерьмо!
Ты куда?
Пройдусь.
Тебе больше не нравится разговаривать со мной?
Мирей, извини,
но у меня нет желания сейчас говорить об этом.
Тогда поговори об этом где-нибудь еще, малыш.
- Мирей? - Да?
Я не взял ключи.
Если уйдешь, положи их в почтовый ящик.
Я никуда не собираюсь.
Ты больше не любишь меня?
Повтори, что?
Ты все прекрасно слышал, Бернар.
Да, да, да.
Но не надо так говорить, Мирей.
Зачем ты так говоришь?
Все так сложно.
Ты стала мне безразлична, и вот это-то мне небезразлично.
Я обожаю любить тебя.
Что-то внутри надломилось.
Мы долго любили друг друга до момента, когда я понял,
что ты любишь меня больше, все больше и больше,
хочешь меня привязать к себе.
Вот тогда у меня в голове кто-то начал шептать одно и тоже.
Ты знаешь, как я люблю тебя целовать.
Но шепот повторял:
что эта девушка делает здесь?
Кто это чудовище, как она смеет прикасаться ко мне своими губами?
Она думает, что мне приятны её поцелуи?
Её дыхание воняет.
От тебя прекрасно пахнет, я знаю это,
я обожаю твой запах,
но я внушил себе, что ты воняешь.
Я столько раз смотрел на тебя,
но уже не видел тебя, твою красоту,
а видел только место, которое ты занимаешь, когда ты сидишь или лежишь,
занимаешь все мое жизненное пространство.
Я смотрю на тебя, и шепот повторяет:
я больше ее не хочу.
Я не хочу, чтобы кто-то другой обладал тобой, Мирей.
И не хочу, чтобы меня любили, мне это противно.
Когда иногда мы еще разговариваем,
я не принимаю твои слова всерьез.
Я говорю с тобой, слушаю тебя.
В то же время, наблюдая за тобой,
вижу лишь твою оболочку и про себя ругаю тебя.
Чтобы причинить себе боль.
Чтобы в следующее мгновение почувствовать жалость к тебе.
И к себе.
И тогда я начинаю нас ненавидеть.
Вдвоем мы сиротствуем.
Кому мы нужны?
Вместе мы вязнем, как в болоте.
Я бы хотел, чтобы все было, как раньше,
остановить это все
прекратить войну внутри меня.
До скорого, мой маленький ангел,
я постараюсь не задерживаться.
Буряна, меня зовут Буряна.
Драма всех одиноких людей в том,
что они сходятся, чтобы не быть одинокими.
Да.
- Что будете? - Бокал лимонада.
После 22-х мы не подаем в бокалах, из стакана будете?
Буряна, говорю вам.
- Ну, что? - Стакан молока.
Буряна, да, я жду,
повтори, Саша.
- Сколько с меня? - Аперитив 7 франков 45 центов.
Да, да, жду.
Извините.
Я могу за тебя, за вас заплатить?
Да, спасибо...
Да, Буряна - это я.
Я Буряна.
Саша,
за кофе заплатит этот месье.
Так! Буряна.
''Б'' как ''Буряна''.
''У'' как ''Уряна''. ''Р'' как ''Ряна''.
''Я'' как ''Яна''. ''Н'' как ''На''.
''А'' как ''Альфред!!!''
Альфред Буряна!!!
Такой жары не было давно...
Все эти твои разговоры о чувствах,
тебе сказать, на что они похожи!?
То же самое, что трахаться на унитазе. Поняла!
Если хочешь знать, меня просто воротит от чувств,
которыми ты хочешь приклеить меня к себе.
Ты отвратительна!
Ты даже не понимаешь, что ты отвратительна!
Хватит повторять, что бормочут все остальные. Тоска!!!
Хватит, пусть они говорят, что лучше любви ничего нет,
что ей подвластны все и всегда.
А мне на их любовь насрать,
мне насрать на их всеобщую любовь, поняла?
Меня этой вашей гнилой любви не заполучить,
ошиблась адресом, детка,
слишком поздно,
со мной этот номер не пройдет, вот и все!!!
1970-1976. Лицей.
Ф. мне изменила: 26/03/83, улица Лепик
1-ая кража. 1968, книжный магазин
Не пройдет!!!
1-ая ложь Ф. 13/03/81, мост Пон-Нёф
Мой банк
Люксембургский сад - учеба, 1977-1979
Рождение - 60, больница Кошен
Первая ночь с Ф., 7 улица Паскаль 2/1/81
Приют Сальпетрьер, Апрель-80 - грыжа
1-ый поцелуй с Ф. 22/12/80 в маленьком баре
Встреча с Ф. 2/6/80
1-ая попытка убийства, 25/5/83 порт Гро Кейу
Воздух недвижим.
Стоит переодеться.
Да ты меня бесишь!
Тебе хочется любви
посреди этого бардака.
Или ты его уже не замечаешь?!
Да тебе просто на него наплевать!
Играешь в чувственность, а что ты о ней знаешь?
Хочешь жрать тухлое мясо, полив его соусом нежности?
Так, да?!
Но я жрать не намерен!
Если ты не чувствуешь вонь,
тем лучше для тебя.
У тебя плохо с обонянием!
Пытаешься понять, что же есть между нами?
Между тобой и мной вся жизнь,
тебе мало?!
Да мне начхать!
Подумай, прежде чем уйти!
Начхать! Начхать!
И все!
Мне начхать!
Именно! Вот так!
Ты не можешь уйти! Анна!
Мы же вместе живем!
Добрый вечер.
1,2,3 и 4.
Алекс,
Алекс.
Алло, Алекс?
- Это отец. - Здравствуй.
- Все нормально? - Да.
Который час?
6 часов 39 минут.
Телефонный звонок вывел меня из какого-то странного состояния.
Что-то вроде сна, знаешь, вроде дежа-вю
или воспоминание о настоящем.
Поэтому я немного сонный.
Знаешь, уже завтра я...
- Да-да, поэтому я звоню. - Но я не хочу об этом говорить.
Хорошо, хорошо.
- Слышал о тете Виолетте? - Нет.
Она не умерла!
А почему она должна была умереть?
Ну, ты же прекрасно знаешь,
что она живет только благодаря этим капельницам, зондам,
куче различных трубочек.
Это просто ужасно.
- Но так уже длится годы. - Да.
Здесь я на тебя рассчитываю.
Если я стану таким же дряхлым, то БАХ!
Я не хочу становиться прикованным к постели немощным стариком,
в котором поддерживают жизнь подобного рода дрянью.
Помнишь наш уговор?
Я хочу, чтобы ты мне пообещал.
Ты пустишь мне пулю в голову, старина, да?
Алекс, я не шучу.
Я говорю абсолютно серьезно. Обещай мне.
Да. Я же тебе уже говорил, что обещаю.
Если только я не умру раньше тебя, конечно.
Что за чушь ты несешь!
Ты просто придурок! Черт!
Бернар, я устраиваю званый ужин по случаю годовщины смерти Стена,
в пятницу в 10 часов вечера.
Приходите с Мирей. До встречи. Элен С.
Быстрее.
Быстрее же.
Теперь ты.
Теперь займись немного мной.
Потом мы перевернемся и начнем опять.
А потом?
Что с тобой?
Я не знаю.
Тебе не нравится?
Не особо.
Кое-что меня смущает.
Что?
Не знаю.
Что тебя смущает?
Я не люблю, когда влажно.
Твоя слюна.
Мне кажется, что...
Ты любишь, как Алекс, чтобы было сухо и терло?
Нет, мне не трет.
Но я не люблю, когда влажно.
Но со слюной намного приятнее.
Для тебя.
Не разочаровывай меня.
Еще. Уже.
Я хочу доставить тебе удовольствие,
поэтому и делаю так,
а получается, что я ошибаюсь.
Ты должен говорить мне, когда тебе не нравится,
чтобы у меня не было чувства, что я стараюсь зря.
А что мне не нравится?
Что я беру в рот, и что смачиваю слюной.
Нет. Нет же.
Я для тебя так сказал.
А мне нравится смачивать его слюной
и нравится это делать, думая, что тебе будет приятно.
Так?
Так.
Это как с пальцами,
с Алексом мне не нравилось так делать.
А теперь очень нравится.
Ты кончаешь до того, как я хочу приступить к главному.
Поэтому мы не можем двигаться дальше.
Знаешь, почему?
Знаю,
я могу сразу брать в рот и параллельно ласкать пальцами.
Да, но когда ты пальцами работаешь,
я быстро кончаю. Вчера...
Поэтому.
А потом ты жалуешься.
Нет, когда я хочу заниматься только тобой,
доставить тебе удовольствие,
мне, наоборот, наплевать.
Ты это просто так говоришь.
Да нет же!
Мне нравится понимать тебя,
даже если для этого надо постараться.
Даже если ты не пытаешься мне в этом помочь.
Как Алекс.
Чаще всего ничего не получалось.
Я сейчас.
Жулик.
Я скрытный маленький хапуга,
откормленный на подачках.
Моя чертова задница,
фурункулы на ней,
уродские ботинки. Да, нас судят по обуви.
У него часто так болели ноги,
что он клал себе в ботинки кусочки льда размером с весло.
Я попробовал делать так же.
Сначала становится лучше, но потом боль усиливалась.
Я вырастал из своих стоп,
я вырастал из своей души, отовсюду.
Я становился прекрасным.
- Да? - Я друг Бернара.
Бернара?
Ах, Бернара!
Но он только что ушел.
У бедного малютки разболелся живот.
Но Мирей осталась. Входите.
Вы знаете его подружку Мирей? Идемте.
Вы работаете вместе с Бернаром?
Нет, я о... океанограф.
Сегодня здесь весь бомонд.
Вот у того ребенка
самый высокий коэффициент интеллекта в Европе.
250, кажется.
А вот тот маленький человек -
говорящие часы.
Это он говорит время по телефону,
когда вы набираете 463,84,00.
Кроме этого он ничего выдающегося не сделал.
А там - Анри Бетуш. Художник и поэт.
Он очень болен.
В его голове пуля!
Смотрите-ка, Мирей в своем любимом уголке с...
Элизабет.
Дама в белом свитере - Жозете Лемерсье.
Она была мисс Вселенной в конце 50-х годов.
Красавчик рядом с окном, просто очарователен.
Джерри Бриджмен.
Один из тех американцев, кто ходил по луне.
- А вы кто? - Алекс.
Я вас оставлю, Алекс.
В начале было слово. Нет, в начале было чувство...
Извините, я не понимаю.
Он говорит: он считает, что молодые сегодня слишком молчаливы.
Вы совершенно разучились разговаривать.
Возможно, вы думаете,
что люди не заслуживают, чтобы с ними говорили.
Нет. Дело не в этом.
Вы ошибаетесь.
Может быть, вы боитесь.
Он говорит: он спрашивает вас, любите ли вы кинематограф?
Я был оператором
во времена, когда кино было немым, как и я.
Я снимал самые первые фильмы.
Он говорит:
в то время жил очаровательный актер,
Жонас.
Однажды он рассмешил всю съемочную группу.
Во время съемок любовной сцены
режиссер сказал актерам:
''Перед поцелуем скажите с нежностью что-нибудь друг другу,
неважно что, главное, чтобы губы двигались''.
Тогда Жонас,
прямо в разгар любовной сцены,
начал страстно шептать своей партнерше
пошлости про ее грудь,
делать всякие непристойные предложения,
вот так, напрямую.
Жонас, будучи человеком скорее мягким,
в жизни робким с женщинами,
при включенной камере
становился вдруг смелым и дерзким.
Он говорит:
когда фильм вышел на экраны,
во время этой любовной сцены
в зале смеялись иногда один или два человека.
Это были глухонемые зрители,
которые могли прочесть по губам сальности Жонаса.
Немой кинематограф лучше, потому что,
потому что...
не так быстро, Силвен.
Извините.
Мадмуазель, я наблюдаю за вами весь вечер,
я кое-что сочинил для вас.
Так я сыграю...
В нашем возрасте привычек не меняют.
Черт.
Говорят, разбитый стакан к...
Надо бы собрать...
Такова жизнь.
Что он говорит?
Такова жизнь. Такова жизнь.
Знаете,
мне было девять, когда вы сделали первые шаги по луне.
И долгие годы космос был смыслом моей жизни.
А сегодня - не знаю, что вы думаете об этом -
это заранее гиблое дело, разве нет?
Понимаете?
- Вам сколько лет, Дженни? - 18, мадам, а вам?
Исполнилось 53.
Недавно.
22 августа мне стукнуло 28.
Знаете, Элен, что больше всего меня расстраивает?
То, что такой человек, как я, в жизни малого добился.
Смотрите, сегодня мой день рождения,
мне исполнилось 37 лет.
Стукнуло 37, натикало 37.
И это заставляет меня задуматься.
В моем возрасте Моцарт был уже два года, как мертв.
Извините...
Как грустно.
- Извините. - Я застрелюсь.
Пущу пулю в висок.
- Извините, я могу позвонить? - Конечно, идемте...
Аксель.
Как они милы!
Тома.
Это я. Очухался?
Это Флоранс говорит там?
Я звоню, чтобы сказать вам, что у вас под дверью записка.
В пакете пластинки ''Барбары'' для Флоранс.
Все. Чао.
Здравствуй, Николя, здравствуй, Малышка.
Ты знаешь, как нас зовут, Медвежонок?
Конечно!
Ты поиграешь с нами, Медвежонок?
А завтра ты придешь тоже?
Приду, при условии, если сейчас вы быстро ляжете спать.
Спокойной ночи, Николя.
Спокойной ночи, Малышка.
Спокойной ночи, наши маленькие друзья.
Засыпайте скорее.
Поцелуйте на ночь ваших родителей,
завтра вечером мы встретимся с вами вновь.
Спокойной ночи.
Спокойной ночи, до завтра.
Стен, Стен, Стен!!!
О, Стен, о, Стен, Стен!!
Я скучаю по тебе.
О, Стен, я скучаю,
Стен, я так скучаю по тебе!!!
200 франков за килограмм, грязные свиньи!
О, черт!
О, вы совсем, как ваш друг Бернар!
Из тех гостей, которых всегда находишь на кухне,
в одиночестве.
Я дам вам стакан для молока.
Больше нет, больше нет стаканов.
Все в гостиной.
Осталась только эта чашка.
Это моя очень личная чашка.
Личная чашка.
Я единственная, кто из нее пил.
Даже Стен, мой брат,
никогда ей не пользовался.
Он купил эту чашку для меня в Сиене, в Италии.
Стен много путешествовал, везде.
Всегда,
даже когда мы ненадолго разлучались,
мы назначали друг другу вечером телепатические свидания.
Ровно в 10 часов вечера
я начинала думать о Стене,
а Стен начинал думать обо мне.
Три года назад я забыла о нашем с ним свидании.
Он был в командировке
в Германии,
и
больше я его никогда не увидела.
Он погиб
на автостраде в Германии,
в своей машине.
Умер!
Будьте осторожны.
Я доверила вам мою чашку...
Александр.
Мирей?
Ваши волосы!
Гос-по-ди!
Мирей,
если вы хотите заниматься подобными вещами,
прошу не делать этого в моем доме.
Вы бы никогда не осмелились сделать подобное, будь Бернар здесь.
Он бы рассвирепел.
Нет, уверяю вас,
Бернару было бы все равно. Не волнуйтесь.
Вам тоже нравится?
Правда, приятно пить через щербинку?
Я из тех, кто прозевает свою жизнь.
Однако, у меня были возможности все изменить.
Думаю, что я бы мог стать необычным человеком,
авиатором, путешественником или музыкантом.
Тогда
почему я не могу начать все заново?
Я из тех, кто прозевает свою жизнь.
Однако, у меня были возможности все изменить.
Думаю, что я бы мог стать необычным человеком,
авиатором, путешественником или музыкантом.
Тогда почему я не могу начать все заново?
Мы видимся в первый раз.
Мне всегда интересен только первый раз.
Тогда на долгие отношения тебя не хватит.
Если бы у меня был ребенок,
я бы бросил его, как только бы он сказал свое первое слово.
Много лет я хотел заняться любовью.
И вот однажды это случилось.
Все было иначе, чем я себе представлял.
Потом я никогда не пытался воплотить прекрасные мечты,
точно воссоздать их в последующих ночах.
Хочешь чаю?
Очень.
Здесь только одна чашка.
Кто-то оторвал этикетку.
Невозможно узнать, что это такое.
Я видел тебя в ванной.
Впечатляющее зрелище.
Так это ты шпионил?
С тех пор, как я в Париже, такое происходит со мной все чаще.
А с тобой?
Я слишком счастлив для этого.
- Слишком счастлив? - Да. Нет.
Слишком счастлив.
Ты не из Парижа. А откуда?
Из Блуа,
провинция ''Луар и Шер''.
Приехала в Париж, чтобы быть с моим другом,
он парижанин.
Надеялась сниматься в рекламе, но в настоящий момент ничего не получается.
Однажды чуть было не начала рекламировать шоколад ''Водор'',
но когда они увидели мои зубы...
В другой раз крем для лица,
но когда они увидели мои морщины...
Какие морщины?
- Здесь, на лбу. - А, да.
Да. Пять штук.
Они у меня с детства.
А я занимаюсь кино.
Работаешь в кинотеатре или продаешь кассеты?
Нет.
В настоящий момент я придумываю названия к фильмам,
которые сниму.
Если бы я была ты...
нет...
Завтра я ухожу в армию.
Если бы я была ты, я бы не пошла.
Да, зачем туда идти,
мы и так старые бойцы,
вот что меня удручает.
И потом, у меня нет времени.
Однако, мне кажется классным, что в мире есть завоеватели.
За три дня комиссии я придумал отличную отговорку для военных психиатров.
Я им сказал, что не могу идти в армию,
потому что совершенно не в состоянии спать в одной комнате с другими типами.
Но это не сработало.
Они мне ответили, что в армию идут не для того, чтобы спать.
Поэтому завтра меня забирают.
Ты часто,
часто влюбляешься?
Да, и очень легко.
Я так и думала.
Но, чтобы всерьез любить, надо быть рядом.
У меня отношения с людьми лучше, когда я с ними расстаюсь.
Любовь - устаревшее понятие.
Я хочу сказать: влюбленные вымерли.
Влечение не может существовать постоянно.
Сегодня влечение - редкость.
А страсть, она везде,
но её растрачивают на мелочи.
Она с трудом путешествует.
Как и я.
Мирей,
Мирей, я пойду.
Ладно.
А сейчас ты в кого-нибудь влюблен?
Сейчас в моем сердце живет печаль любви.
Я не хочу ее терять.
Сердце гордится этими страданиями.
Её зовут Флоранс.
До знакомства с ней, 2 года назад,
я долго лелеял мысль о том, как я буду ее ласкать.
Но однажды она ушла от меня к моему лучшему другу Тома.
Такое часто происходит.
Я никому не изменял.
Не представлялось случая.
Она ушла,
оставив лишь записку на стакане для полоскания рта,
написанную ее убийственным почерком:
''Я ухожу, чтобы тебя забыть''.
Мы жили вместе в моей квартире.
Просто спали в моей кровати,
жили на ее пособие...
Однако, в воскресенье она меня любила,
и в понедельник, и во вторник...
Она рассказывала мне о своей юности.
У нее много было романов.
Однажды, когда она была совсем юной, у нее был роман с мальчиком,
который потом умер.
Она заболела, узнав о его смерти.
Мы никогда не понимали друг друга в этой...
Этим летом у нас случилась крупная ссора.
Я впервые дал пощечину.
Я бы мог сдержаться, но мне показалось интересным её дать.
Она, она не понимала, что я не собираюсь меняться.
Мне известны мои недостатки, слабости, страхи,
но я не собираюсь меняться.
Если есть в жизни что-то, что меня развлекает,
то это наблюдение за собой как за незнакомцем,
по научному говоря - ''посторонним объектом''.
Если бы я изменился, у меня было бы чувство, что я провалил эксперимент.
Кажется, я уже вижу фильмы, которые ты снимешь.
Сложно не интересоваться собой, когда оказался внезапно один.
У меня столько идей, что хватило бы на две жизни.
Знаешь, иногда я представляю мою жизнь в виде биографии.
Родился в Париже в 60-ом.
Умер в Париже в 2040-ом.
Никуда не уезжал.
Однажды ночью, неделю назад, мне приснился сон.
Во сне я спал, а потом проснулся
и в постели под одеялом нашел рядом с собой книгу,
которую никогда не видел до этого.
Я открыл ее, пролистал и понял,
что это моя полная автобиография.
Но не законченная, потому что автор умер в процессе редактирования книги.
- Хочешь? - Я не пью.
Флоранс очень меня любила,
много больше, чем я ее.
Когда она переехала ко мне, я очень удивился.
Когда она ушла три дня назад, мы еще...
Она все забрала, все свои вещи.
Она даже хотела забрать письма, которые я ей писал.
Но я сказал, что это мои письма, значит - принадлежат мне.
В итоге я разрешил ей их взять,
тем более, хотя она и не знает, у меня сохранились ксерокопии.
Этот платок -
все, что от нее осталось.
Но в нем вся она.
Ты веришь, Мирей?
Ты знаешь, как меня зовут?
В армии попросись в разведку.
- Хочешь? - Я не курю.
Ладно, я пойду.
Я провожу тебя.
Я хочу пройтись одна.
Подумай, и я тоже!
Тогда мы можем пойти вместе.
Вообще-то, я мало выхожу из дома.
Мне всегда страшно, что в метро меня столкнут под поезд
или я стану жертвой взрыва в кафе,
или узнаю, что у меня рак.
В 15 лет такого страха у меня не было.
А теперь я часто думаю, что моих ровесников в войну пытали...
Мне приснился кошмар.
Полночь?
А вот и свет.
Вот уже столько дней, вот уже столько ночей,
Вот уже столько времени, как ты ушел.
Ты сказал, что это последние путешествие,
Что для наших растерзанных сердец это последнее кораблекрушение.
Ты увидишь, весной я вернусь.
Весной надо говорить друг другу о любви.
Мы пойдем в цветущие сады
И будем слоняться по улицам Парижа.
Скажи, когда...
Хотя я тебя еще люблю. Хотя я тебе все еще люблю.
Хотя я люблю только тебя. Хотя я люблю тебя по-настоящему,
Если ты не поймешь, что тебе надо вернуться,
Для меня мы превратимся в одно из приятных воспоминаний.
Я пойду своей дорогой. Мир очарует меня.
Я буду греться под лучами другого солнца.
Я не из тех, кто умирает от любовной тоски.
Я не добродетельна, как жены моряков.
Скажи...
Очень поздно он, наконец, вернулся.
Я спала.
Он долго сидел на краю кровати в полной темноте.
Звук упавших ключей разбудил меня,
но я сделала вид, что сплю.
Я чувствовала, что он смотрит на меня,
и это было невыносимо.
Так было не в первый раз.
Потом
он лег
и начал меня любить,
стараясь быть нежным, чтобы не разбудить меня.
Я знаю, что ему так нравится.
Иногда даже он мне говорит:
''Ничего не делай, притворись мертвой''.
Вначале, когда я его встретила,
сразу после смерти моего отца,
со мной он чувствовал себя свободным.
Теперь он во многом меня упрекает.
Я не понимаю его упреков.
Для него все едино:
мое прошлое, мое будущее, мое настоящее, моя смерть.
Я часто себя спрашиваю,
что бы мой отец подумал о нем
и о сегодняшней мне.
Я такая,
такая, какая есть.
Уже очень поздно.
Сегодня я уезжаю.
Все разошлись. Остались только мы.
Я пойду.
Для меня то, что мы сидим вот так вот,
похоже на сон.
Странный глубокий сон.
Надо спать очень крепко,
чтобы видеть такие сны.
Да, сидеть рядом с тобой, как сейчас,
это и есть вечность.
В момент, когда мои глаза увидали тебя, меня настигла любовь.
Я узнал тебя, как узнают тех, кого судьбой назначено любить.
Я говорю тебе это в первый, в первый и последний раз.
Я люблю тебя Мирей, как никого другого в мире.
Я хочу, чтобы мы любили друг друга, Мирей,
да, всегда сильно, не осознавая этого, ничего не говоря.
Слишком поздно.
Ты ничего не слышала, сделала вид, что не услышала.
Больше не надо ничего говорить, надо замолчать, я замолкаю.
После 20-и лет постоянной болтовни - тишина.
Мирей, твое тело состарится, грудь опадет,
появятся другие морщины, на животе, под ягодицами.
И все это из-за меня.
Но останется любовь, понимаешь, Мирей,
без взаимных требований, без того страшного шепота в голове.
Ты скажешь мне ''идем со мной'', и я пойду, ты улыбнешься, улыбнусь и я.
И мы будем спать вместе так долго, как ты захочешь.
Я хотел бы работать с тобой,
быть с тобой одной командой, грандиозной, непобедимой.
Весы ли мы или Львы, нам на это наплевать, мы все хищники.
И, может быть, может быть, Флоранс присоединится к нам,
поняв, как вместе мы сильны.
Ты, ты и Флоранс. Ты и Флоранс, и я.
Я, влюбленный путешественник между вами.
Надеюсь, это будет волнительно.
Мы развиваемся благодаря расставаниям и возвращениям.
Одинокая, ты очень скоро не сможешь бросить меня.
Вместе мы изменим наши привычки.
Мы уедем из столицы и, может быть, из страны.
Из-за любви ко мне, Алексу,
ты забудешь о боли, которую хотела причинить себе.
Ты станешь уважать жар своей крови,
спокойствие твоего существования, чистоту твоего взгляда и пробуждения.
Твое пробуждение заставит растаять нашу меланхолию.
Я хотел бы, Мирей,
закончить это монолог, несущийся из моей головы,
не пользоваться страданием, как вдохновением.
О, это желание похоронить мою любимую под потоком слов!
Она поймает меня на слове, и, если я замолчу, она убьет себя.
Кончено! Кончено!
И никогда больше не понадобятся поцелуи, чтобы заставить друг друга замолчать.
Ты должна помочь мне воспарить, Мирей.
Я такой тяжелый, не смотри на меня, я похож на грузовик.
Я никогда не воскресну, Мирей.
Никогда!
Извините, я в сортир.
Молодой человек, это запрещено.
Вы сможете облегчится, когда поезд наберет скорость.
Занято.
Разменяете?
Ну, что, по последней.
Нет, это стоит не два франка,
а три.
Слышали фразу ''жизнь дорожает?''.
Жизнь дорожает, вот так вот.
Попробуйте еще раз.
Может, так ты поймешь.
На этот раз все,
больше никогда, кончено, никогда.
Никогда больше меня не поимеют.
Это в последний раз.
Он даже не устал,
но он вернется к себе домой,
к своей телке.
Ему не везло.
Он все спустил.
Но он сыграет завтра вновь,
а потом уляжется к ней под одеяло, обнимет ее.
Спокойной ночи.
Попробуйте еще раз.
Мирей, это Алекс.
Я опоздал на поезд.
Нам надо поговорить у тебя или в кафе,
или в метро, или у меня,
или в Люксембургском саду,
или на набережной.
Не говори ''нет''.
Мирей, это Алекс.
Я опоздал на поезд.
Нам надо поговорить...
Я могу поговорить с Мирей?
Я больше не подхожу к телефону, Бернар.
Ни за что. Ни за что.
Мирей, это Алекс.
Алекс, помоги мне вырваться.
Бернар,
Бернар, я не буду оборачиваться.
Постановка: Антуан Бо, Мунир Бриди, Катрин Гийо
Авторы сценария: Мишель Арно, Брюно Лене
Операторы: Паскаль Робо, Ален Виер
Звукорежиссеры: Лоик Жуан, Патрик Жене
Музыка: Жака Пюно, Джо Лемэра / Сержа Гейнсбура
Дед Кеннеди, Дэвид Боуи